Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

11лет (пять ночей Фредди)

216.88 КБ
Младшему в конце мая стукнуло 11 лет. Хочется уже вздохнуть, вытереть потный лоб и признаться, что стало полегче.
Но видимо, не скоро еще придется это сказать. Иногда это ужасно, иногда прекрасно, но ни разу не просто.
Например, догадываетесь кто клеил эти маски из дебильной подростковой игры?

Скулгерлз

Так как я забираю ребенка из школы и нередко сижу в рекреации иногда и по полчаса, то часто не без интереса оглядываю школьную жизнь, учителей, а так же школьников и школьниц. И все время с удовольствием отмечаю, что совершенно чужд Губмертовости – Лолитки даже выпускных классов совершенно не трогают рубидубино либидо. Дети и есть дети.
Вот и давеча – стоят две спиной ко мне, уже одетые. Смотрю и думаю, ну что в этих малолетках можно увидеть чувственного? Ноги как палки, сапожки резиновые дурацкие. Курточки какие-то нацепили яркие. Прически идиотские. Руки в цыпках. Все какие-то угловатые, нелепые. Не пришло еще их время, не пришло. Вот лет через пять и женственность проснется, и формы округлятся. Малолетки обернулись... и оказались вдруг не малолетками, а мамашками. Одна примерно моих лет. Тоже детей ждут.
Вот ведь, вся теория теперь насмарку.

девочка-женщина

Воскресенье, одиннадцать утра. Вагон метро. Станция тургеневская. Передо мной сидят мама с дочкой. Маме лет тридцать пять, тонкая, гибкая, нервные черты лица, короткая юбка, породистые икры. Не сказать что красавица, но безусловно волнующая и успехом пользующаяся. Обручальное кольцо имеется. Все у мамы хорошо. Дочка лет двенадцать, круглолицая, полноватая, в дутой розовой курточке, джинсы, кроссовки, рюкзак со значками. Очки. Скорее всего, хорошая, любящая дочка. В американских детских сериалах такие играют роль подружки главной героини.
Я сижу напротив и снова задаю себе вопрос, который начал задавать лет с семнадцати. Где текут эти токи, которые выстраивают личность? Где начинается движение мысли, гормонов, инстинктов, интеллекта, вкуса – то, что превращает одну девочку в Белоснежку, а другую в Краснозорьку? В чем суть развития и насколько это развитие зависит от внешних обстоятельств? Или только от них и зависит? Где аукается вредная таблетка или рюмка коньяку, выпитая матерью в первый месяц беременности, ее настроения, момент родов? Куда попадает заноза услышанной ссоры родителей, тело дохлого голубя, томительный звук голоса певца из радиоприемника? Что важнее – родительские нежности или записка от соседа по парте? Где вступят в бой гены прадедов с реальностью в виде суки училки или подзатыльника от отца? Что победит – первая книжка о любви или первый поцелуй в темном подъезде? Что, что приведет однажды к тому, что она вырастет такой как нервная породистая мать, купающаяся во взглядах, или одинокой стареющей подхипповатой женщиной-другом? Внешность ли даст толчок? Айкью? Первый секс? Упавшая звезда? Заголовок в газете? Второй курс института? Фильм «Сумерки»? Клип Лэдигаги?
Что?

Архивные съемки

Когда в 2012 году я решил себя пробовать в качестве режиссера сериала про наших собачек, однажды на студию неожиданно нагрянула какая-то кабельная киностудия и стала снимать про нас репортаж. Чего-то нащелкали, наобещали и исчезли. А тут спустя почти два года появляется ссылка на эту передачу. Ну, смотреть там особо нечего, мало ли, если кто-то интересуется. Детям показать. Если вам любопытен именно Руба, то я с третьей минуты – растерянный, растрепанный и толстый. Мямлил что-то робко. Сейчас-то я уже ого-го. Наглый. Трепливый. А в остальном жалкое впечатление и от самой съемки и от лиц робят, которые уже давно отвалили от нас на более оплачиваемые работы. Все-таки все должно показываться вовремя.

передача

торрент

Вот мы и на торрентах! Всем (особенно у кого есть дети младшего школьного возраста) качать - качество вполне приемлимое. Ну и конечно писать комплименты. Все же 3 года работы. Для очистки совести скажу, что в начале фильма не присутствовал. Зато последнюю треть (на мой взгляд самую удачную, хе-хе) делал только я. В общем, важная веха для Рубыдубы как аниматора и однозначно как для начинающего режиссера. Ну и обложка моя. Вотъ)

качать!

Дети (антипсихология)

Каждое утро, провожая сына в сад, я слышу детские вопли из окрестных дворов. Это родители тащат своих мелких в тот же казенный дом. Тащат сопливых и упирающихся Саш и Маш , грубо подталкивают, угрожают и обещают страшное. Унизительное зрелище, господа, вдобавок, я сам как родитель понимаю, насколько мы слабы перед собственными детьми. Мы вечно перегибаем палку – и все так фальшиво, дешево и низко. Слава богу, что наши дочки\сыночки не способны это оценить холодно, как критики. И еще я конечно радуюсь (радовался, потому что сегодня, ябадабаду! я отвел сына в последний раз и вся свистопляска с садом заканчивается навсегда), что мой, несмотря на скандальность и несговорчивость три года ходил в сад как зайчик. Уважаю. Так вот я о воспитании. Вернее о том, что большинством родителей это зовется. Давайте проследим путь развития ребенка и поймем, ЧТО в самом деле способны заронить в детскую душу среднестатистические папы-мамы.
Итак, беременность – тут как бы не попишешь. Но никто точно не доказал, с какого момента ребенок способен в утробе что-то ощущать. А потом, большей частью мамаши узнают о его существовании спустя месяц-два. А потом еще месяц-два истерят. А потом ноют. Но это, заметьте редкий период, когда мама и дите однозначно рядом. Не отмажешься. Потом ребенок рождается и есть еще обычно около полугода-года, когда мамаша рядом, потому как кормит грудью. И это, конечно, умилительно. Хотя уже вклиниваются бабушки, а в некоторых случаях уже появляется чужая бабища-нянька.
А потом что? Потом папаши-мамаши совершенно искренне сбагривают ребенка на воспиталок и нянек в саду – а какая уж там она будет, никакой гарантии. Может она будет брошенка или психопатка. Есть шанс? И с этого дня все воспитание происходит на уровне утреннего – «если не пойдешь в сад, я твои игрушки выброшу к чертовой матери» и вечернего «откуда синяк? Сорокин ударил? Так ты его тоже ударь, не мужик что ли?» И даже в выходные родители сажают ребенка за телек и компьютер, потому что тоже люди, тоже накопилось забот. И если выпихиваются гулять, то сидят по лавкам пиво пьют. Насмотрелся А летом к бабушке на дачу. А у той печень больная и злоба на весь мир. Что она расскажет Валерочке перед сном, какую сказку?
А дальше школа с учителями, кружки с преподавателями, курсы – ребенок плывет по чужим рукам, хапая в маленькую головку какие-то ему одному видимые черты, слова и реакции. А вот и друзья подоспели, первая любовь, миры Варкрафта и банка «ягуара». Своя жизнь. А этот самый прекрасный родитель не успев начаться, уже заканчивается. И всю оставшуюся жизнь он будет только ныть, требуя внимания, сидеть изредка с внуками и твердить остервенело, что «для меня дети всегда были самыми важными в жизни» и «я на тебя лучшие годы потратил». И всерьез считать, что оказали на ребенка серьезное влияние. Винить себя, если тот сядет в тюрьму. Хвалить себя, если тот станет хорошим специалистом. И совершенно не помнить, как они шипели на маленького комочка, который пускал слюни и кричал «не пойду в детский сад». И не помнить, что НИКОГДА не говорили со своим ребенком по-человечески. Как с личностью. Никогда-никогдашеньки.

Так что совет будущим родителям – прикусите язычок, когда будете фантазировать, как вы будете играть с дитяткой, какие книжки будете ему читать, и что не будете на него повышать голос и он не увидит жестоких и глупых мультфильмов. Будьте реалистами и молите своих богов, что бы он родился крепким и выносливым. И терпеливым.

другая анимация

Неожиданный подарок от журнала Forbes. Тамошние дядьки-тетьки пошустрили по ютубам и нарыли в самом деле достойных авторских мультфильмов. А так как знаю, что народ этим делом интересуется, просто выложу ссылку. Смотрите сами и детям показывайте. И знайте, что наша анимация еще не дала дуба, не смотря на старания продюсеров и правительства. Энджой!

16 современных российских мультфильмов, которые нужно показать детям

Загнанных лошадей пристреливают, не так ли? (хроники Рубы)

Привет, мои сладкие. Сто лет не вылезал в свой уютный и затхлый Жожо, бекоз не было никакого времени. Две последние недели был совершенный ад в поднебесье. Болел сынище с температурищей. И хотя его худющее тельце достаточно резво, тьфу-тьфу-тьфу, справляется с вирусами, все равно смотреть на это грустно – любой родитель понимает.
И одновременно у меня на работе был страшный аврал – мы хронически не успевали к эфиру, работали и в выходные и 23его и еще все оттрубили по ночи-две-три. В общем, трудовой порыв, сдобренный урозами, скандалами, уговорами и улыбками – все было. А еще я успел нарисовать штук десять картинок для 8-мартовского «БЖ» и вплотную поучаствовать в съемке документального фильма про писателя Яна Ларри. Ну и одновременно иногда пил и иногда спал. А, еще сходил с младшим на «Гномео и Джульетту» Нормальный детский мульт.

Из этих насыщенных дней больше всего запомнилось утро прошлой пятницы, когда после ночевки на студии боссы милостиво разрешили аниматорам идти спать и не возвращаться. И вот я, слегка в измененном состоянии иду к дому в восемь утра – а навстречу спешит вал сонных, угрюмых служащих, торопятся, впопыхах дымят пахитосками и пытаются открыть глаза. Ветер, закрытые ларьки, поземка. Небо стального оттенка. Лучшее утро чтоб умереть. А я расслабленно иду, заглядываю в глаза. В душе покой и воля. Рожа, как мятая коробка из под торта. И вот я захожу в пустую квартиру и у меня почти десять часов одиночества. Волшебного одиночества. Тишины и спокойствия. Работа выполнена. Хвостов нет. И вот я хожу по своей квартире, как ходил три года, пока делал «Карика и Валю». И ощущаю себя каким-то дембелем. Или преступником, которого ищет вся полиция штата, а он внезапно заскочил в родной дом. Или этим, да – Брюсом Виллисом из «Палп Фикшн», когда он возвращается домой за часами. Напряженный, взвинченный – но домой. И уже почти невероятно, что буквально четыре месяца назад ты так и жил. Не торопясь делал некоммерческое кино. Пару раз в месяц ездил сдавать сцены, а больше болтать с режиссером. Забирал дитю из сада, медленно ходил и чувствовал, как меняется ребенок, меняешь сам и как осень переходит в зиму, а зима в весну. Мда.…Вот такое было утро пятницы 25ого февраля.

Строгая Энн обычно нервничает, когда я завожу разговоры в подобном ключе. Она начинает гневно чеканить, что все вокруг так вот работают, получают по шапке от начальства и устают. Дескать, велком в наш клуб, прогульщик. Мазерфакер. Но почему я должен равняться на всех? Я же, если посудить и профессию себе выбирал, чтоб постоянно быть в плавном дрейфе. В уютной бухточке творчества и самореализации. В задницу мне что ли теперь эту бухточку засунуть?

Гармония (эссе)


Да все я знаю, господи. И все я вижу. Более того, я почти не верю, что все это способно измениться, мутировать в лучшую сторону, быть вылеченным новым лекарством каких-нибудь стволовых клеток или новым предметом в школе. Вот все это, человеческое, социальное, культурное, политическое. На нашей ли территории, на чужой ли. И это лезет из всех щелей, от этого не закрыться и не отвернуться. Достаточно пойти в любое кафе, достаточно проехать в метро, достаточно погулять с ребенком на детской площадке. И вот, вот оно. Вот они признаки - с первых секунд жизни. Приоритеты, желание еды, света, любви, власти, денег. Маленький, еще совсем безмозглый пупс уже слишком крепко сжимает мамкину грудь. Слишком крепко. Слишком прочно встает на свои пухлые ножки, преодалевает тяготение. Крутит ногами землю. Дерется за игрушки, плачет когда больно и когда выгодно. Смеется над микки-маусами и над своими менее ловкими\умными\крепкими товарищами. Уже вовсю манипулирует. Ни совести, ни жалости. Только жадность до удовольствий. И страх. И страх. Взрослеет, тянет щупальца во все стороны, загребает. Клянчит, ворует. Ощупывает, ощупывает, ощупывает. Понимает, где реальность сильнее, где можно нащупать прореху. Идет по головам. И при этой суетливости, острых челюстях и крепких пальцах хочет нежности, поцелуев на ночь. Хочет крепких путей до отступления.
А вот сейчас он начинает твердеть - равнодушный и глупый, пытливый и наивный, ранимый и ранящий. И путем бесконечных унизительных, сладких и страшных процедур, лепит свое сомнительное "Я", которые и будет с этой поры точкой отсчета всем его бедам и радостям. Если сломаны ноги - он будет винить асфальт. Если плохо видят глаза, он станет сетовать на туман. Если у него недостаточно вырос член - достанется любовницам. А если все вместе или хоть что-то не так, неважно что - обвинит отца и мать. А через них правительство, страну, бога и черта. Придумает себе тысячи отмазок. И этим самым сведет к нулю все шансы однажды вырулить на прямую дорогу. Я все знаю, господи. Я скоро как полвека хожу по этим улицам - я вижу непрекращающуюся войну между детьми в песочницах, между целующимися на лавочках подростками, между уставшими друг от друга женами и мужьями, между мужиками у ларьков с пивом, между бабищами около лотков с мясом. Между пенсионерами. Галдеж, мат, рев и нервный хохот. Это страшно, это больно, это почти невыносимо.

И все-таки я улыбаюсь. Потому что во всем этом хаосе я слышу идеально сыгранный оркестр. Я слышу музыку и эта музыка прекрасна. Ни одной фальшивой ноты. Никто не лажает и не киксует. Каждый из нас ведет свою партию. Ведет изящно, тонко и профессионально. Будь-то гопник, бьющий товарища ногами в живот, будь то ребенок, получающий по затылку качелями и его мать, отвернувшаяся в этот момент. Будь то прыщавый романтик, которого никогда никто не полюбит. Будь то одинокая старуха, которая завтра умрет во сне. Будь-то палач, поэт, булочник, мент, художник, нацмен, президент или академик - мы все играем в одном волшебном оркестре. А наш дирижер в какой-то момент заслушался, положил палочку и внимает, вытирая слезы умиления и восторга. Мы играем самую лучшую музыку - я слышу ее каждую секунду.
А ты слышишь?

Адская маршрутка (эссе)

Я не умею в маршрутках читать книги и поэтому становлюсь беззащитным перед визуальным. Увы, я достаточно наблюдателен и цепляю взглядом часто совершенно не то, что хотелось бы мне, мирному и творческому валенку.
Вот и в пятницу, смотря, классифицируя и докапываясь до вроде как симпатичных весенних людей, на студентку в короткой юбке, на веселого дошколенка и на спящего таджика, я случайно углядел свежие ссадины на кулаке вполне себе смешного пацаненка лет шестнадцати. Очевидно, что этим, еще почти детским кулачком на днях кого-то серьезно били – вариант упал-ободрался, сразу отлетел. И сразу заработало воображение рубыдубы. Сразу в ином свете заиграл взгляд подростка. Сразу наметилась жестокая складка его детских губ. Сразу поза показалась напряженной и опасной. Молодой волчонок вчера кого-то бил. А его, скорее всего нет – не было ссадин на гладком розовом лице, как говорят «еще не испытавшим холодного лезвия бритвы».
А потом пошло-поехало, воображение занесло в чужие темные края и в каждом, сидящем в этой маршуртке «речной вокзал–ЦНФ» мне стали видеться чудовища и уроды. Заскакали образы и вопросы – почему сидящая напротив мать так холодно и зло смотрит на своего пятилетнего ребенка? А хотела ли она его рожать? И был ли желанен тот, кого теперь называют папа? А и есть ли он в наличии, этот папа? Или тогда случилось так, скомкано, от скуки? Как это случается у тысяч беззаботных самок и самцов. Вот эта старушка слева – позасиделась на этом свете, подзадержалась. Маленькими морщинистыми глазками смотрит в окно, шарит по когда-то родным улицам и ничего не узнает. Все ей чужое и ненавистное. Зачем и куда она едет? Посидеть в поликлинике, помучать врачей? Таджик спящий, противный ведь такой. Почему они все одеты в плохие кожаные черные куртки – им их раздает кто-то? Грязная шея, сколотый зуб. Привык молчать, терпеть. А ведь зацепится в столице, тотчас притащит сюда еще родни, сам завалится на диван в коньковых-бутовых, будет помыкать, как знающий. Женами, тетками, братьями. Да и ребенок сзади совсем не симпатичный. Такие как он колотят моего сына в детских садах. Ребенок простого народа – без ума, без совести и без воспитания. У которого сдерживающих центров нет и не будет – откуда взяться. Который при рождении уже шлак, мясо, рабочий муравей. Да еще и с мамашей такой, что и любить-то его не любит. А про студентку и говорить нечего – только интернет открой. Вот именно с такими лицами и такими ногами там самое лакомое блюдо. Сколько к ее девятнадцати у нее было мальчиков? Может быть больше, чем у тебя и твоих друзей вместе взятых. Да и посмотреть внимательно – наверняка ценник где-то весит. Сколько стоит молодость на час-два-ночь? Чтоб крови попить?
Маршрутка пылала синеватыми всполохами. Было нестерпимо душно. Вокруг роились демоны и кто в открытую, кто сквозь веки смотрели на меня, беззащитного и толстого бородатого дядечку. И все ждали сигнала того, молодого волчонка с ободранными в кровь кулаками. И он улыбнулся мне открыто, сверкнув полусотней острых и нестерпимо белых зубов. Конечная! Конечная!

Я выпрыгнул первым. На расстоянии позволил себе обернуться. Люди выходили из маршуртки – симпатичная девчуха, подросток, мама с ребенком, старушка, таджик. Чего это я себе нафантазировал? Заболеваю что ли? Или ранний маразм? Впереди были видны очертания студии с хорошими понятными людьми, с обсуждением фильмов и книг, с выпивкой и закуской. На улице было солнечно и пахло весной.
Жаль что я не умею читать в маршрутках.